Учёный из Косы в Швеции учит роботов общаться

Куда податься школьнику, которого больше всего увлекают иностранные языки и алгебра? Николай Ильиных из Косы после школы подался в Пермь, а потом повидал полмира. Оказалось, можно совместить любовь к языкам и математике, увлечённо работать и повидать полмира. Двадцатишестилетний учёный рассказал нам о своих занятиях, приключениях и увлечениях.

Коля был единственным ребёнком в семье фельдшера и медсестры. Но балованным его назвать нельзя. С детства родители приучили парня к труду. Часто, чтобы сын не оставался дома один, они брали его с собой на работу в ночные смены.

– Я понимаю, какое количество труда, сил и энергии они оставляли на работе. Наверное, их вера в свою работу была одним из катализаторов, которые помогли мне понять, что просто так ничего не даётся – это нужно заработать, – справедливо считает Николай.

– Родители не «видели» меня в какой-то конкретной профессии, – вспоминает он, – это не совсем разумно по отношению к собственному ребенку. – Мама с папой всегда хотели видеть меня не в образе представителя какой-то профессии, а в образе человека счастливого, зарабатывающего, умеющего себя обеспечить. Я им очень благодарен за то, что они всегда прислушивались, когда я делился с ними мыслями о будущей профессии. В конце концов, мой интерес к языкам и к математике взял вверх. Мы втроём всё тщательно обсудили и решили, что вот оно, моё будущее. И не прогадали!

– Какие предметы особенно нравились в школе?

– Мне в принципе нравилось учиться. Я старался охватить всё и сразу, был сфокусирован на каждом предмете. Я благодарен всем своим учителям по всем предметам! Но английский язык и алгебра привлекали больше всего.

– В десятом классе решил, что буду заниматься лингвистикой. В качестве места обучения рассматривал Пермь – не хотелось сразу после школы уезжать далеко от дома. Хотелось узнать побольше про компьютерную лингвистику, но в Перми не было подходящей специальности. Однако была переводческая специальность и специальность по теоретической и прикладной лингвистике (ТПЛ). Первая меня изначально очень привлекала, но я понял, что мне не хочется быть переводчиком – хочется изучать язык и обучаться чему-то такому, что позволит мне моделировать этот язык в машинах. Так и попал я на ТПЛ в ПГУ, на отличную кафедру и в просто невероятную учебную группу. Сейчас эта программа уже не существует, но то было просто замечательное время. А выбор стоял между Высшей школой экономики (ВШЭ) и Пермским госуниверситетом. В ВШЭ была интересная специальность «Бизнес-информатика» (вроде бы, она и сейчас есть). Но я решил, что классический университет, где есть возможность не только обучаться по специальности, но и участвовать в событиях студенческого клуба (который чуть ли не самый активный среди пермских университетских клубов) будет хорошим выбором для меня. В студенческом клубе я проводил много времени: пел, танцевал, выступал на «студенческих вёснах». До сих пор поддерживаю связи с одногруппниками и ребятами, с которыми познакомился в студклубе.

– Расскажите вкратце о сути Вашей специальности.

В Перми я начинал как лингвист (исследование языка, его структуры, устная и письменная речь), но со временем ушел в более техническое направление. Диплом в бакалавриате писал на тему автоматической суммаризации текста: это когда машина берет длинный текст, анализирует его и производит его краткое содержание. Наверное, это был первый шаг в сторону компьютерной лингвистики. В магистратуре я уже изучал проблемы развития искусственного интеллекта, когнитивные навыки человека, тренировку и построение моделей распознавания речи, машинный перевод и так далее. В конце концов, я стал интересоваться компьютерным зрением – автоматическое распознавание изображений машиной. Работая в Германии, я сфокусировал свое исследование на проблемах vision-and-language («зрение и язык»): это когда машина описывает изображение на естественном языке, когда машина может следовать инструкциям человека и передвигаться в пространстве (дом, улица, комната и т.д.), когда машина способна вести диалог с человеком о том, что находится вокруг – объекты, люди, животные, природа и так далее. В общем, мне интересно работать и создавать роботов, которые могут распознавать мир вокруг и общаться с человеком о нем. Общаться, используя голос, конечно же, а еще движения, мимику, жесты. Специальность требует знаний лингвистики, программирования и математики. Кроме науки, еще есть варианты на работу с частными компаниями: производители автомобилей часто хотят «говорящих» навигаторов, крупные компании вроде Google часто ищут сотрудничества с университетами. Не могу передать, насколько я увлечён своей работой, сейчас вот только из-за пандемии не поездишь на конференции, но в целом меня всё более чем устраивает.

– Как попали на семестр в Лейденский Университет? Какие были Ваши первые впечатления от Голландии? Как общались с местными, насколько силен был языковой барьер, сложно ли было адаптироваться к новой культуре?

– Помнится, что сперва я выполнил пару заданий на знание английского языка в международном центре ПГНИУ – в последний день, когда их проводили! Уже через пару дней мне позвонили из международного офиса университета и сообщили, что они готовы отправить меня на обучение в Лейден, Нидерланды. Помню, я был очень взволнован тем, что я проживу там полгода и буду обучаться с иностранными студентами.

Первые впечатления от страны тюльпанов были замечательными: по-настоящему «живые» люди, отличная погода (тогда была весна), каналы, большой и авторитетный университет (в нём часто обучались члены королевской семьи Нидерландов), красивые города, отличный транспорт. Сперва, конечно же, были проблемы с языком,. Я тогда не владел им на максимально уверенном уровне, но я был такой не один: в нашей группе было много студентов из разных стран (из России я был один). Я достаточно общительный человек и всегда открыт к новому, поэтому адаптироваться к новой культуре не было сложно: иногда ездил на велосипеде по каналам до университета, посещал цветочные парки, гулял в Амстердаме, наслаждался голландской кухней (к слову, они любят блины и много блюд с картошкой). Нидерланды меня впечатлили своим духом свободы и тем, насколько каждый человек понимает свою собственную ответственность за себя, за других и за будущее страны. Под конец моего пребывания я завел множество друзей из самых разных стран, подтянул английский, определился с направлением в жизни – я хотел заниматься наукой, а для этого требовалось идти в магистратуру.

– Как из Голландии попали в Германию?

– Когда я решил обучаться в Германии, то сперва я это обсудил со своими родителями. Слишком свежими были впечатления от учебы и науки в Нидерландах, их направленностью на практичность и сотрудничество. Сперва я вернулся в Пермь и защитил свой диплом, после чего уже поступал в немецкие университеты. Почему немецкие? Обучение в Германии бесплатное для всех, включая иностранцев. Конечно, нужны средства на проживание и существование, но у нас были некоторые свои накопления, их хватило на обучение в Германии. Подавался в три разных университета в Германии, во все получил положительное решение о принятии на обучение. Еще подавался в университет в Швеции (Лундский, насколько помню), но при отсутствии стипендий было сложно оплачивать там еще и обучение (на программу меня приняли, в итоге). Так выбрал Оснабрюк, небольшой город с долгой историей, где преподается очень интересная для меня программа по Cognitive Science (когнитивным наукам). В Оснабрюке я провел два года. Именно тогда я стал более конкретно разбираться в компьютерной лингвистике, научился хорошо программировать, завёл связи в науке, начал понимать, как наука в принципе работает в Европе. Могу сказать, что в научном плане Европа, США и Россия отличаются довольно сильно, но после учебы в Нидерландах мне было проще адаптироваться к новой системе. Учился я на международной программе, со множеством студентов. С некоторыми из них я поддерживаю хорошую связь, иногда посещаю их.

– Когда Вы начали серьёзно заниматься наукой?

– Сразу после окончания магистратуры я начал искать работу. Мне тогда был 21 год, и я понимал, что пора становиться самостоятельным. Дом был далеко и задача встать на ноги была для меня сложным вызовом. В течение следующих двух с половиной лет я работал в университете Билефельда (Билефельд находится недалеко от Оснабрюка, час езды на поезде) в лаборатории одного очень известного в моей научной среде профессора. Там я начал писать свои первые статьи, получил свои первые обзоры на эти статьи и первые новости о том, что они приняты на международные конференции. Эти два года я читал лекции, проводил семинары для студентов, начал понимать, что работать в университете в качестве преподавателя мне тоже очень импонирует. Это было замечательное время начала моей научной деятельности: я ездил на конференции и выступал с докладами в Тильбурге (Нидерланды), Экс-ан-Провансе (Франция), Мюнхене (Германия), Токио (Япония). Было множество и других научных обменов, и поездок внутри Германии, но тогда я начал понимать, что мне нравится не только то, чем я занимаюсь, но и как это происходит. За это время я установил серьёзные связи, начал делать себе имя в науке.

– Что Вас привело в Швецию?

В Швецию я ехал с конкретной целью: работа в докторантуре Гётеборгского универитета и получение докторской степени по компьютерной лингвистике. Меня привлекли условия работы, сам город и научная группа. Гётеборг невероятно музыкальный город, полный артистов. Здесь постоянно проводятся самые разные культурные мероприятия. Город второй по размеру после Стокгольма, а его близкое расположение к Осло и Копенгагену делает его невероятно живым и активным городом. Была и возможность работать в индустрии, в компании. Я проходил интервью на позицию в Google, связывался с различными компаниями в Германии, но наука взяла свое: с начала этого года я проживаю в Швеции и провожу здесь свои исследования. Тут я также преподаю, но фокус теперь больше на исследовании. У нас замечательная группа, которая занимается роботами и разработкой лингвистических приложений. А еще мне импонирует стиль жизни шведов: они никогда не будут перерабатывать и знают, что такое баланс между жизнью и работой. Природа здесь замечательная, практически как дома! Летом я ходил за черникой и даже собирал грибы (белый гриб и сыроежки, в частности). Очень много гористых местностей и островов. На островах просто до ужаса красиво, а ещё там очень много небольших кафешек с живой музыкой, где вечером можно посидеть с друзьями. Я здесь много гуляю по лесу и гористым местам. Благо, в Гётеборге есть специальные дорожки и пути, по которым можно гулять и наслаждаться природой. Иногда мы с друзьями разводим костры и сидим у них на берегу озера.

– Где из всех мест, где Вам удалось пожить более-менее долгое время, Вы остались бы на всю жизнь?

– Наверное, это была бы Швеция или Япония. Швеция мне напоминает родные края своей природой и менталитетом людей. Но здесь достаточно влажно, рядом море, поэтому погода осенью и весной не самая приятная. Япония же…просто совершенно другой мир. Не Европа, не Азия, это Япония. Начиная от технических разработок и заканчивая обедами в формате «бэнто», мне привлекает практически все в Японии! Токио невероятно большой город, очень плотный, совмещающий западный стиль с японской архитектурой. Я там был только неделю, но то, насколько там чисто и насколько все уважают друг друга, меня впечатлило. К тому же, много моих коллег там живут и работают, поэтому, кто знает, может быть, я окажусь в Токио, в конце концов? Единственное остается нерешённым: нужно уговорить родителей поселиться в Японии со мной, а то они пока что-то не горят желанием уезжать так далеко.

– Тянет ли домой, в Косу? Или хотя бы в Пермь?

– Знаете, когда я уехал из России, я начал любить свою Родину еще больше. Наверное, это чувство ностальгии? В любом случае, посещать свою малую Родину я хочу как можно чаще. В Пермь тянет увидеться с друзьями, а в Косу – с друзьями детства, школьными друзьями и родителями. Но это не значит «переехать туда». Я живу в Европе уже больше пяти лет и вся моя жизнь теперь здесь. Моя работа, мои друзья, мое окружение и интересы теперь уже не в России.

Информация: Николай Петров

Фото: личный архив Николая Ильиных