Ты же выжил, пацан: Как в гайнской тайге четыре дня искали 10-летнего Костю Лунегова

25  мая волонтёры из поисково-спасательных отрядов отмечали День пропавших детей. Раскидывали по сети свои истории с хэштегом #чужихдетейнебывает. Неделю спустя – 3 июня – в тайге у лесного посёлка Лёль в Гайнском районе пропадает мальчик Костя. Десятилетний пацан в лесу. В сланцах, футболке и шортиках до колена. А ночью обещали заморозок.

КОЛОННА С «САМОВАРОМ»

Подрываюсь с кресла. Я должен быть в этом лесу. Костю надо найти как можно скорее. Замёрзнет же.

Возражений от коллег нет, отпускают без лишних разговоров. Несколько звонков, быстрые сборы – и я на Лукойловской заправке. Здесь автоколонна из Перми: два полицейских кунга – «Камаз» и «Урал», автобус с волонтёрами из отрядов имени Ирины Бухановой и «Лиза Алерт Пермь» и машина сопровождения с мигалками. «Урал» «закипел» – уже второй раз на пути из Перми. С чьей-то лёгкой руки и острого языка он получил прозвище «самовар». Через два дня станет известно, что «самовар» – с хранения. Колонна ждёт «Урал», а меня забирает Павел, волонтёр с позывным Фермер.

ВОЕННЫЙ ФЕРМЕР, ФРАНЦУЗ И НАСТОЯЩИЙ ПОЛКОВНИК

Павел – бывший военный, работает в Перми. Сейчас он в отпуске, приехал с женой в деревню под Кудымкаром – в гости к родственникам, а тут такое происшествие! Остаться в стороне он не мог.

До Гайн долетаем за два часа, берём по банке консервов в местной «Пятёрочке» и едем искать переправу. Находим в соседней Касимовке и присаживаемся перекусить на берегу. Ждём колонну с «самоваром», беседуем с местным участковым, который дежурит на переправе. Машину решено оставить на месте.

Через час нас догоняют остальные. В колонне прибавление – аппарат под управлением кудымкарского автогонщика Владимира Яркова. С ним ещё трое «рыжих» – волонтёры из пермского отряда «Лиза Алерт» с позывными Француз, Гусёныш и Мама. Присоединяюсь к ним. Командует колонной настоящий полковник из краевого ГУВД Виктор Прорубников. С ним молодой человек из пресс-службы, между прочим, родственник коми-пермяцкого писателя Анатолия Баяндина.

ПОПРОБУЙ ДОБЕРИСЬ

Переправа в «мирное» время стоит около 400 рублей с полной машины. Хочешь «срезать» крюк в пару десятков километров – плати пятьсот – перевезут чуть подальше. Пара минут – и мы на том берегу. По машинам – и в путь.

Дороги до Лёли больше подходят для ралли-рейдов. Тут тебе и ямы с водой, и ухабы, пыль поднимается – что в африканской пустыне. Тайга, пески и болота. Тучи комаров, клещи. А мальчик в футболке и шортах. До посёлка ещё час – и мы на месте.
Такого нашествия Лёль не видела много лет.

Десятки автомашин разного калибра. Кинологи с собаками, квадрокоптеры и даже вертолёт. На улицах — десятки человек в униформе всех цветов и размеров – следственный комитет, МЧС, МВД, волонтёры, Росвардия, краевая служба спасения… Вместе с местными жителями они целые сутки прочёсывают лес. Некоторые вооружены – тут волки и медведи бродят.
Новостей немного – на заброшенном карьере в куче валежника нашли Костин велосипед со слетевшей цепью. Следственный комитет возбудил дело по статье «Убийство».

ПОИСКОВЫЙ БЫТ

Развёртываем штаб в школе. Выгружаем оборудование – навигаторы, рации. На стене – карта района поисков. Ребята из «Лизы Алерт» – Евро и Птаха склеили её по пути в автобусе. Рядом, в интернате нам отводят место для отдыха. Нам, правда, не до отдыха: холодает, а в лесу полураздетый пацан. Но сразу в бой не получится – уже темнеет и поисковиков «выгоняют» из леса. Сейчас в районе поисков работает квадрокоптер с тепловизором.

Придётся устраиваться на ночлег. Кто-то соорудил из полторашки умывальник, прикрепил его на заборе. Воду берём из неглубокого колодца за сто метров от поискового лагеря.

Мобильной связи нет никакой, уличный таксофон тоже не работает. Извините, родные и коллеги, доклада о прибытии не будет.

Электричество есть только в штабе – лампочка и одна розетка.

КРАЙ ГЕОГРАФИИ

Лёль – это крайний посёлок в этой стороне. Дальше на север люди не живут. И осталось ему существовать месяца полтора, не больше. Скоро, говорят местные, электрики обрежут здесь электричество. Народ «сидит на чемоданах», у большинства на руках сертификаты на приобретение жилья. Кто-то перебирается в Гайны, кто-то – поближе к родственникам в другие районы Коми округа или в Пермь. Перспектив здесь никаких. В конторе градообразующего предприятия – Тимшерского леспромхоза гуляет ветер. Даже металлолом вывозить уже невыгодно – закупочная цена низкая, больше потратишь на горючее.

Раскатываю спальник, заставляю себя уснуть. Раз искать не дают, будем набираться сил. Две недели назад искали по буреломам в Юсьвинском районе пожилого «потеряшку». В конце второго дня концентрироваться было уже тяжело. Кто знает, сколько нам предстоит провести здесь?

БУРЕЛОМ

Утро. Шесть часов. Светло. В лагере начинается движение. На завтрак – бич-пакет и кофе из термоса.

За ночь нашего полку прибыло. Прибыли опытные поисковики и руководитель «Лизы Алерт» Антон Бояршинов. Получаем с Фермером задачу – пройти вдоль ручья и прочесать кусок болота. Антон выдаёт мне резиновые сапожищи 43 размера, девушки Птаха и Контра вооружают нас рацией и навигатором – и вместе с двумя другими группами выходим в лес.

Говорят, ночью на берегу лесного ручья нашли следы мальчика. Может, он сообразил, что надо двигаться вдоль речки? По пути проходим песчаный карьер, где нашли велосипед. Следопыты осматривают место пропажи. Пока вопросов становится только больше.

Заходим в свой квадрат триста на триста. Болото. Не белорусские топи, конечно, но за час пару раз провалиться и набрать воды в сапог получается. Бурелом, сгнившие стволы деревьев. В общем, триста метров в городе и триста – в Гайнском районе – совсем не одно и то же. Даже нам, как говорит Антон, «лосям». А каково мальчишке?

Осматриваем места под каждым деревом, под каждым пнём. Оглядываемся, не пропустили ли чего. Каждые сто метров останавливаемся, зовём мальчика по имени. Слушаем. Тишина. Только комары бьются об брезентовый капюшон.

РОБИНСОН, «ПАРК» И СОБАЧКИ

Возвращаемся в штаб, сдаём оборудование. Лёгкий перекус, десять минут на отдых. Днём потеплее, скидываю лишние рюкзак и кофту, а то десять потов сошло. По карманам – две поллитровые бутылки с водой.

Следующий выход в четыре часа. Идём с пермскими спасателями Ильёй, Димоном и Ленаром. Где-то здесь нашёлся след мальчика. Но собаки его теряют. Илья – кинолог. Они с лабрадором Лизой работают условно автономно. Утром в этой стороне свежие медвежьи какахи видели, поэтому идти страшновато. Идём цепочкой, хотя пермские ребята иногда пересекают мне дорогу.

По сравнению с утренним квадратом это место – просто парк, только вдоль реки – сваленные бобрами деревья. Встречаем полтора десятка местных. У двоих – охотничьи карабины. Становится спокойнее. Если что – будем звать их.
Над нами периодически пролетает красный вертолёт «Робинсон». Хозяин предоставил его для поисков. Топливом его обеспечили за счёт администрации района.

Прочёс окончен. Выходим к машине спасателей. В цельнометаллическом фургоне – вторая собака Ильи, Арчи, буквально плачет без хозяина.

Поисковая собака может работать лишь несколько часов в день. Если перетрудится– может потерять нюх навечно. Для четвероногих поиск – это игра. Они обязательно должны кого-то найти, иначе играть будет неинтересно. Поэтому для них в лесу специально прячется статист – незнакомый человек.

Возвращаемся на базу. Ночного поиска сегодня опять не будет – работает квадрокоптер с тепловизором. Зато спасателей прибавилось. Прибыли два десятка бойцов березниковских СОБРа и ОМОНа. А пожарным привезли полевую кухню и они радушно делятся с остальными поисковиками кашей и горячим чаем. Можно жить.

Уходил на поиски в чём был. Белые махровые носки приобрели коричневый цвет и невообразимый запах. Устраиваю им водные процедуры и укладываю спать на заборе.

С НОВЫМИ СИЛАМИ

Утро. Заряжаюсь двойной порцией каши, наполняю водой бутылки – и в штаб. Антон не спал две ночи, держится на крепком кофе.

Сегодня мне вести группу из пяти человек. Со мной Француз, медик Наташа из Перми и сестра Костика Аня с мужем. Наташа сдала ночную смену и на своей машине прилетела на помощь пропавшему мальчику.

Сегодня кричать будем по правилам. Мужские голоса в лесу искажаются и звучат страшновато. Нашим голосом будет Аня. Родную-то сестру Костя не побоится. Если жив. Да жив: две недели прошло с поисков четырёхлетнего Матвея в Кировской области. Две ночи он провёл в лесу. Выжил. А тут – почти взрослый мужчина.

Француза пришлось пощадить. Вчера он потянул связки на болоте. Сегодняшний квадрат – тоже болото, только с ветровалами. Идём вчетвером. На берегу – след. Отпечаток 17 на 7,5 сантиметров. Выше по течению – ещё пара таких же. Фотографируем. Докладываем в штаб. Обещали прислать следопытов. Снова карабкаемся через поваленные, вывороченные с корнем деревья. Кричим.

– Ты слышал? – спрашивают Аня с Наташей после очередной работы на отклик. Девочкам почудился плач и слово «мама».
Я ничего не слышал. Кричим ещё раз. Безрезультатно. Отмечаем точку на навигаторе. Двигаемся дальше. Под ногами покачивается ковёр из мха. Не провалиться бы. Пацан-то пройдёт, а я не пацан. Ничего, вроде выдерживает. Ноги, правда, промочил. Но это даже хорошо. А то на жаре закипаешь, как тот самовар.

Муж Ани, Марат, тащит в качестве опоры обломок доски толщиной с хорошую плаху. На неё и опереться можно, и лужицу перейти. Жаль, сетует, что сгущёнки нет, подкрепить иссякающие силы.

Встречаемся со следопытами. Показываю место. Эх, не следопыт я и не охотник. Оказывается, зайка проскакал. Лишние сотни метров к сегодняшнему километражу. Ещё раз проходим квадрат туда-обратно. Половина поисковой группы начинает выдыхаться. Мы с Маратом готовы «добить» квадрат», а девушек вернуть в посёлок. Но поступает приказ возвращаться всем.

НАЙДЕН! ЖИВ!

Больше в этот день я в лес не ходил. Не дошёл. Последней задачей в тот день было унести рацию ребятам в лес и встретиться с кинологическим расчётом. Вместе с Птахой, которая насиделась в штабе и выпросила у Антона «мааааленькое задание», мы отошли на двадцать метров от школьного забора. А в лагере шум и ликование! Мальчик нашёлся!

Возвращаемся. Узнаём подробности. Парнишка вышел в соседний посёлок, назвался Костей Лунеговым. Его накормили и сейчас он спит.

– А вдруг не он? – крутилась в голове дикая мысль.

На вертолёте к Косте увезли отца и волонтёра Гаечку. Через полчаса пришло подтверждение: Он. Слава Богу!

Костик оказался сильным и сообразительным. Оказалось, любил смотреть передачи журналиста-натуралиста Тимофея Баженова, который, кроме всего прочего, учит выживанию в природе. Костик догадался спать, укрываясь на ночь мхом, и шёл прямо, пока не вышел к посёлку Верхний Будым, до которого от Лёли 40 километров по прямой. А сколько в самом деле «накрутил» по тайге с ветровалами маленький лёльский Рэмбо – одному Богу известно. Отправили парня в краевую клиническую больницу – голодного, обезвоженного, покусанного чуть ли не всеми насекомыми, которые встречаются в гайнской тайге.

Уставшие, но радостные волонтёры и стражи порядка по пыльной дороге отправились по домам.

Уехала домой волонтёр из «Лизы Алерт» Маша Гусманова с позывным Гусёныш. Через два дня её поисковая группа найдёт пропавшую под Березниками двухлетнюю девочку. Но это уже совсем другая история.

Текст: Николай Петров

Фото предоставлено ДПСО «Лиза Алерт» Пермского края.