Первый парень на деревне…

 Житель города Кудымкара, активный читатель местных газет, человек-непоседа Николай Андреевич Баяндин – частый гость редакций местных газет.

Он, нет-нет, да и напишет весьма интересные и содержательные статьи на различные темы из жизни нынешней и прошлой нашего общества. Фамилия этой незаурядной личности созвучна с известным и любимым в народе клавишным музыкальным инструментом – баяном. Часто, подчёркивая сей интересный факт и привнося крупицы юмора, Николай Андреевич может по телефону запросто, с юмором представиться «г-ном Гармошкиным». Под занавес 2015 года ветерану труда исполнилось 80 лет.

Никогда бы не подумал, что дедушка Коля на приличном уровне играет на клавишных и кнопочных инструментах. При просмотре фотографий из его личного архива для публикации одной статьи в газете, когда я работал корреспондентом, попалась карточка времён его службы в авиации, где он сидит с баяном на коленях. Это действительно так! В своё время наш герой был первым парнем на деревне. Но начну с истоков.

В одну из предвоенных зим отец Коли, Андрей Минеевич Баяндин, с соседом из той же деревни Нёльсино на колхозных лошадях уехали на заработки в Визяй-Базу, так тогда называли Визяйский леспромхоз. Через какое-то время Андрей с соседом Егором Михайловичем Хозяшевым отправил домой любимому и смышлёному кровинушке презент. Это была детская гармошечка. Карапуз быстро освоил игрушечный музыкальный инструмент, обрадовав своих домочадцев. Тут вскоре нагрянула война. Отца Коли забрали на войну с фашистами. Воин в каждом письме с фронта интересовался: играет ли его сынок на гармошке, каждый раз ласково называя его по имени – отчеству. Отец был рад, что малышу его подарок по душе. Коле и его двоюродному братику Аркадию хотелось знать: а что же там внутри играет? В один из зимних дней 1942 года, когда мама с обозом зерна для фронта уехала в Менделеево, они взяли кухонный нож и пополам разрезали меха, разобрали, как говорится, «до винтика», а из голосовых планок сделали себе крохотные губные гармошечки. Вот радости-то было! Зато после вдоволь досталось им по возвращении мамы домой. А мама Пелагия Васильевна была женщина очень строгая! В апреле 1942 года пришла похоронка на погибшего отца. Горе, слёзы… Коле не было и семи лет, когда летом он стал добывать себе кусок хлеба прополкой полей с сестрой Раей, а старшие сёстры – Зоя и Нина – на покосе и на уборке урожая. За каждый отработанный день давали мукой по 200 грамм, старшим по 300, маме – 500. Несмотря на лихолетье и трудные послевоенные годы, в деревнях ежегодно отмечали религиозные праздники. Мужики с «венками» да «тальянками» ходили от дома к дому, веселились, пили бражку да сур (так было заведено в деревне). Когда приходили к ним, Коля брал с их разрешения гармошку в руки и подбирал мелодии частушек, «русского», «нывка пет». Так постепенно, пиликая, усваивал эти однорядные музыкальные инструменты, затем стал учиться на русской «двухрядке», наподобие нынешней «хромки». У соседа Леонида Афонасьевича Харина, старше его намного, ещё до армии (уже после войны) был баян. Он стал ходить к нему и пиликал на нём, подбирая на слух мелодии, но это более сложный инструмент, более сочный по звучанию, но он стал и его усваивать постепенно. Учась в 8 – 10 классе в Верх-Иньве, жил в школьном интернате. У однокашника Валентина Тарасова из Виль-Шулая была гармошка, на которой Коля тоже тренировал пальцы, подбирая на слух мелодии. Сам Валентин играл уже очень хорошо, выступал иногда на сцене Дома культуры и в школе.

После окончания Верх-Иньвенской средней школы Николая Андреевича, как хорошего ученика по немецкому языку, после подготовительных курсов направили работать, сначала в 1954 году в Дёминскую, а с середины января 1955 года в Самковскую семилетнюю школу (учителей не хватало по иностранному языку). Заочно закончил три курса московского «иняза»). Он ещё и увлекался радиотехникой, но с гармошкой не расставался, продолжал совершенствовать своё мастерство. Купил в Самково с рук «хромку», подружился с местной молодёжью и каждый вечер в клубе играл на гармошке, исполняя песни, пляски, частушки, польку, краковяк, читал лекции и т. д. И молодёжь, и старшие на селе его очень уважали, да и народ там был очень простой, дружелюбный.

Коллектив учителей во главе с директором школы Петром Александровичем Гладиковым и завучем Зоей Васильевной Радостевой был очень дружный, спаянный, доброжелательный, простой. Отмечали всегда вместе праздники и дни рождения, несомненно, не без гармони Николая Андреевича. Его очень уважали, помогали, как молодому, начинающему педагогу и, как он сам говорит, что за полувековой стаж педагогической работы он больше такого прекрасного дружного коллектива не встречал. С большой теплотой и благодарностью он всю жизнь вспоминает этот прекрасный коллектив учителей и местное население села Верх-Иньва и посёлка Берёзовка.

Уходя в армию, 1 октября 1955 года уволился, и его так жалели, пожелали хорошо отслужить и вернуться снова. Службу проходил после окончания в Прибалтийском военном округе годичной военной авиашколы – авиамехаником самолётов-истребителей на окраине Москвы. В свободное от службы (и полётов) время совершенствовал своё мастерство игры на баяне (в эскадрилье были баян и «хромка») вместе с сослуживцем Саней Дунаевским из Грузии, Тбилиси, исполняя вальсы, танго, фокстроты, а ребята учились танцевать, чтобы в увольнении умели танцевать с девчонками, что помогало познакомиться. Демобилизовавшись, Николай Андреевич вернулся на прежнюю учительскую работу, сначала в Визяй, потом в Дёмино. Там тоже веселил в сельском клубе молодёжь вечерами, исполняя современные в то время танцевальные мелодии (фокстрот, танго, вальсы), которые местная молодёжь не играла. Учил танцевать, учил также, как говорили тогда, «стилять буги-вуги» по-московски, который видел на Всемирном фестивале молодёжи и студентов в Москве летом 1957 года. В сельской местности играл в кругу друзей и знакомых, на именинах и в гостях во время праздников.

Будучи уже в Кудымкаре, после переезда, летом 1965 года, купил себе тульский баян, который до сих пор с ним, иногда берёт в руки, перебирает, вспоминая наиболее любимые его мелодии из репертуара Волжского русского народного хора: «Эх, Самара-городок», «Гармонь певучая», «Ивушка зелёная», «Саратовские припевки» и т. д. Все те города Поволжья, которые он посетил, будучи в круизе на теплоходе «А. Фадеев» по Каме и Волге в июне 2013 года, до Волгограда и обратно. А какой красавец столица Татарии – город Казань! А Мамаев курган в городе-герое Волгограде и Музей-панорама «Сталинградская битва»! А просторы и красота берегов великих рек Камы и матушки-Волги! Жигулёвские горы по берегу Волги! Это была его давнишняя мечта – посетить эти города! Не забывает и песни нашего «Уральского русского народного хора». Вспоминая юность, молодые, зрелые годы и весь жизненный путь, он снова входит в гармонию с окружающим миром. Но, увы! Настрой уже не тот, как он говорит сам, пальцы уже огрубели и не так уж дружно бегают по кнопочкам. Сказывается, видимо, возраст. Год-а-а! Ничего не поделаешь… Так распоряжается природа всем и со всеми, что создано Всевышним на нашей Матушке — Земле.

Любовь к музыке он сумел привить и своей младшей дочери Елене, которая в своё время с отличием закончила Кудымкарскую музыкальную школу по классу аккордеона, с которой в унисон (она на аккордеоне, он на баяне) исполняли танцевальные мелодии в дни юбилеев и торжеств у себя дома в кругу гостей. К сожалению, дочь Елена пошла по другой линии. Семь лет учёбы в Москве, в Университете дружбы народов им. Патриса Лумумбы, получила профессию юриста с двумя красными дипломами – бакалавра и магистра. С семьёй живёт и работает в Перми.

Николай Андреевич также неплохо играл и на аккордеоне. Аккордеоны продали, а вот баян – нет. Он иногда даёт заряд душе, дому, когда бывает тяжело на сердце от старости, и вспоминает трудные, ужасные, суровые военные годы. Участия в самодеятельности он не принимал ввиду занятости по основной профессии учителя и хобби в радиотехнике и телевидении. Вёл кружки в школе с учащимися по радио и киноаппаратуре. Занимался и любительским фото. После армии очно закончил двухгодичное обучение на учителя труда и машиноведения по линии профтехобразования в Перми, а позже и Пермский педагогический институт заочно, филологический факультет. Много пишет о прошедшей и настоящей жизни в деревне, о военных годах, о тяжкой доле, о службе в армии, о погибших отцах в годы Великой Отечественной войны и т. д. Теперь на заслуженном отдыхе.

 

Иван Денисов, фото из личного архива Николая Баяндина.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *